Скутер Дайджест. Журнал о скутерах и людях

Прикаспийская пескоструйка. Часть 3

Версия для печати

Распрощавшись с Азгиром и его радиоактивными тайнами, взяли курс на север. Мы – это описанная в первых двух частях команда из пяти человек на двух джипах и одном 50-кубовом скутере (TGB 101r). Конечно, мы могли от Азгира кратчайшим путем рвануть на родину (до нее всего какая-то сотня), к цивилизации, нормальному бензину и обильной кормежке. Но время еще позволяло, техника, хотя и скрипела, но терпела, а мы сами вошли во вкус пустынного обитания. Городская суета и теснота не манили вовсе.

Вскоре довольно накатанный степной проселок, почти без песка, привел в довольно крупное поселение Батырбек. Его отличие от пустынных поселков – более «крутые» автомобили: вместо традиционных «уазиков» здесь горделиво стояли возле мазаных глиной и покрытых соломой жилищ белые «Нивы». О недавнем, менее зажиточном прошлом говорили скелеты мотоциклов и исковерканные люльки, виднеющиеся в кучах хлама.

Мотоциклы – в отставку!

Вторая жизнь шин.

Прощай, детство!

До вечера ехали по пустынной равнине, не встретив ни одной машины, редкие кошары оказывались заброшенными. Песчаные барханы вспоминались уже с ностальгией – уж очень стало пыльно, и глаз не на чем задержать. И вдруг – о чудо: посреди равнины показалось одинокое дерево, да не какой-нибудь чахлый саксаул, а огромное, с листьями, о трех стволах. Решили подъехать, уж больно необычное зрелище – и интуиция не обманула. Это оказалось местом, где в древности стоял караван-сарай, один из многих на великом шелковом пути. Сохранились очертания замкнутого периметра стен и внутренних помещений. А посредине лежал каменный круг ручной мельницы – такой же мы видели в музее в Сарайчике. Позже, в Москве, археологи подтвердят, что наша находка относится примерно к 13-14 веку.

Остатки древнего караван-сарая.

Тоже интересная находка, учитывая, что снега здесь почти не бывает.

Путь преградил огромный солончак Хаки (его длина около 100км), прямой дороги, показанной на карте, не оказалось, поехали в объезд. К шлейфу пыли, не оседающему несколько минут, добавилась и другая неприятность – огромные шары травы «перекати-поле» заполняли дорогу. Высохшие стебли наматывались на колеса скутера, а еще сочные цеплялись за подставку, как якорь. Приходилось часто останавливаться, чтобы их «отпустить» на свободу. Заночевали на берегу с величественным видом на соляную равнину.

У солончака Хаки.

Оригинальные солнечные часы.

Следующим утром распрощались с бездорожьем и выехали к цивилизации – к поселку Урда. От прошлого «оплота цивилизации», Азгира, проехали без малого 200км.

Не буду лукавить, что в Урде оказались случайно: еще в Москве, готовясь к путешествию, наметили эту точку, как интересный исторический объект. Поселок (кстати, по-казахски пишется Орда) был в прошлом центром Букреевской Орды, давшей в 19 веке импульс к оседлости казахского народа. Здесь, в так называемой Ханской ставке, был крупнейший перевалочный пункт (по-современному – терминал) караванов, шедших во все стороны, проводились многолюдные ярмарки, сравнимые лишь с Нижегородской и Ирбитской. Да-да, уральский город Ирбит вошел в мировую историю не только как производитель мотоциклов-«оппозитов».

Очень познавательным оказалось посещение музея. Помимо прочего, интересным показался тот факт, что предметы роскоши, которыми династия букреевских ханов удивляла высокопоставленных гостей, так вот, такие же предметы в ассортименте (тарелки, рюмки, столовая посуда), но круче в исполнении, имеет ныне любая российская домохозяйка. И опять поразила школа – своей опрятностью и приличным видом детей и старшеклассников.

В музее Ханской ставки.

Очень приличная школа для сельской местности, и дети одеты, не как московские тинэйджеры.

По атласу дальнейший путь должен проистекать по приличным официальным дорогам с покрытием, и чем дальше, тем они должны становиться лучше и лучше. Однако на деле этого не наблюдалось, и все родство с нормальными шоссе огранивалось километровыми столбами. Асфальтовое покрытие, заложенное еще в советское время, если где и показывалось из-под культурного слоя земли, то вовсе не радовало. Приходилось быть начеку: можно было со всего хода залететь в ямку, глубиной в полметра и шириной со скутер. Вот и пристанционный городок Сайхин, здесь погранпереход, а на бензоколонке есть даже 92-й бензин. Внешний вид АЗС вызвал ностальгию по годам мотоциклетной юности, лет эдак 30 назад. Оператор долго высчитывала, сколько взять за бензин, честно предупредив, что у нее обменный курс «не очень». Наконец озвучила цифру – 205, это рублей за 10литров, и посмотрела в глаза, явно ожидая, что я в ужасе отшатнусь или стану торговаться. Но я молча протянул деньги – рубли и так в кармане за 10 дней залежались, да и скорее хотелось попасть в Россию. К тому же не москвичей удивлять космическими ценами на все!

Но путь на Родину оказался не прост, и уж тем более не был усеян розами. На таможне нас на удивление быстро оформили, забрали миграционные карты и совершенно бескорыстно (то есть даром) отпустили на все четыре стороны. Именно на все стороны, поскольку куда дальше ехать было, непонятно – впереди перед шлагбаумом оказалась дорога обратно в Сайхин.

На казахской таможне, причем стоим мы со стороны России.

Спросили – нас направили через переезд, но дальше дороги терялись в паутине местных направлений. Если ехать по азимуту (а некоторые из колей шли и в этом направлении), то окажешься на территории действующего ракетного полигона Капустин Яр. А нам туда вовсе не хотелось, чтобы быть арестованными и долго и нудно объяснять, как мы тут оказались. Но не зря говорят, что от судьбы не уйдешь, и события последующего дня доказали это. А пока мы решаем ехать вдоль железной дороги, которая должна вывести в Россию. Стемнело, и эти хаотичные блуждания по пыльной степи в тщетных поисках российского погранперехода запомнятся надолго. Проехав через какие-то темные полуразрушенные строения, под лай собак вдруг оказались на освещенном прожектором пятачке. Каким родным и уютным показался этот окруженный колючкой кусок асфальта, солдат, лузгающий семечки и чисто выбритый русский офицер в маленьком вагончике. Без проволочек оформив формальности, не забыв попросить «открыть у мопеда багажник», нас направили снова в степь. Но теперь уже перед нами вдали светилось множество огней города Эльтон.

Городок на берегу известного курортного соляного озера проскочили глубокой ночью. Попутно отметил, что все-таки наша глубинка, по сравнению с казахской, смотрится очень и очень неплохо. Везде видны зародыши чистоты и порядка, которые обычно людям местным не заметны. Заночевали на действительно живописном берегу озера. Впрочем, название «озеро» не совсем точно – это тот же безжизненный солончак, разве что его берега местами изрезаны оврагами (их здесь называют балками), по которым текут через двухметровые заросли камыша хилые ручейки.

На озере Эльтон.

Объехали Эльтон вокруг, места относительно населенные, но разруха, хотя и не сравнимая с казахской, но все же значительная. Но наше главное (и неприятное) открытие – автодорог, показанных на карте, нет. Вернее, видно, что их когда-то проектировали, и местами даже начали строить, но не доделали. Опять ноутбуки, соединенные со спутниковыми навигаторами, и генштабовские карты оказываются бессильными. Совершенно непонятно, как в городок Эльтон добираются местные жители из областного центра Волгограда.

Мы же в своих бесконечных блужданиях по безжизненной пыльной степи вдруг оказались в местечке под названием Житкур. Название мы узнали благодаря GPS, но только о реальном состоянии поселка «космос» нам ничего не поведал. А состояние оказалось «нулевое», то есть ничего выше бугорков от стоявших здесь когда-то бараков. О том, что это именно бараки, говорили размеры фундаментов и кучки угля и шлака на месте печей. Но самым жутким оказалось заброшенное кладбище – черные кресты, наспех сделанные из подручного металлолома. На некоторых железках читались нацарапанные кривым почерком имена и инициалы – сплошь женские. И даты захоронения – от 1937 по 1952 годы. Видимо, здесь был женский лагерь системы ГУЛАГ, но упоминаний об этом, как я пытался узнать позже, нигде нет. Страшным было зрелище этого заброшенного и забытого кладбища, еле виднеющегося среди сухой травы. Ни одной ухоженной могилки, ни одного цветочка, да и кресты натыканы так часто, что видно – хоронили без гробов, просто скидывали тела в ямы.

Забытое захоронение в Житкуре.

На кресте надпись «У 1943 Г ДИИ», и все. Надо понимать, «У» - умерла, а кто – теперь уже не установишь.

По сравнению с этой жутью детскими сказками показалась другая грань Житкура, собственно из-за которой он прославился на весь мир (в Интернете более 2500 ссылок). Утверждалось, что здесь расположена сверхсекретная военная база, в которой в подземных хранилищах собраны летающие тарелки и даже тела инопланетян. Хотя военный объект действительно здесь наблюдался, но одного взгляда на него достаточно, чтобы понять, что он еле живой, и служить сюда посылают вместо гауптвахты, причем солдаты за сигарету выдадут все свои секреты.

То самое мифическое хранилище НЛО.

Для нас полезный показалась ЛЭП, вдоль которой виднелись автомобильные следы, идущие как раз в нужном направлении – на запад. А база, как мы сообразили, - наблюдательный пункт капъярского полигона, который, судя по карте, расположен южнее. Видимо, этим объясняется и отсутствием дорог южнее, рассуждали мы. Поедем по северной границе полигона, и выйдем на трассу. Однако степи, казалось, не было конца, так проехали километров 50 вдоль ЛЭП - ни людей, ни машин, ни жилищ. Вдруг что-то показалось вдалеке – оказалась, еще такая же военная база, только побольше. Затем еще одна, а когда вокруг нарисовались ракеты, танки, самолеты и часовые с автоматами, мы поняли, что едем не по границе полигона, а прямо через его «сердце». Как бы отсюда выбраться без проволочек и последствий – вот была единственная мысль. Но дорога была одна, сменившая свое состояние из грунтового в бетонное, а затем асфальтовое.

Такие таблички стояли на каждом шагу. Фотографий объектов, расположенных позади, не привожу по понятным причинам.

Появилась мобильная связь, и все члены группы позвонили домой сказать, что «влипли» и «скоро не ждите». Хотя вокруг сновали люди в хаки и попадались армейские «уазики», нас пока не останавливали. Ну и мы не останавливались, ехали по единственной дороге вперед. И вот на горизонте показались девятиэтажки закрытого города Знаменска, а прямо на дороге КПП с закрытыми воротами и часовыми с автоматами, внимательно и бдительно смотревшими в нашу сторону. И тут нам Бог послал, нет, не кусочек сыра, а что-то побольше - гражданского мотоциклиста. Парень-казах на убитом в лом «иже», видимо, проникся видом запыленного скутера и бородатого дядьки (то есть меня) на нем. Он понял, что вряд ли это «шпиён», и не только сказал, как объехать КПП, но и проехал впереди по лабиринту полуразрушенных строений «Военного совхоза №31». Мы сказали ему «спасибо» (даже проскочила укоризненная мысль – вот так за спасибо и продают Родину) и поспешили подальше от КПП. Окончательно полегчало только километров через 30, когда выскочили на автотрассу неподалеку от города Ленинска.

Спасительный военный совхоз позволил «слинять» с полигона.

Теперь мы почти дома – осталось загрузить скутер и рвануть без остановки домой, всего какую-то тысячу с небольшим километров. А впечатлений хватит на год, По крайней мере, до следующей осени, когда у "караванщиков" возникает какой-то внутренний зуд, и, превзнемогая различные трудности, отбрасывая прочь … впрочем, это я уже повторяю свои же слова из первой части рассказа. Но знаю точно - на следующий год опять поеду в пески!

Третья часть маршрута

За 10 дней путешествия (не считая пути на крыше автомобиля) пройдено на 50-кубовом скутере TGB 101r по бездорожью 1360км. О подготовке скутера и о том, как он себя вел в этом экстремальном пробеге, читайте в одном из следующих выпусков.

Благодарю спонсора пробега, компанию Liqui Moly (www.liquimoly.ru), чья качественная продукция не дала «крякнуть» мотору. А также С.-Петербургский салон «С-Мото» (www.cmoto.ru), не побоявшийся «отпустить» скутер для прогулки по пескам. Ну и, конечно, соучастников экстрима Диму Скитальца, Дэна Джана, Сергея Stealth и Екатерину Жаданову.